Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт:
Президент, на мой взгляд, делает вполне очевидное замечание. Что касается сроков военных операций против Ирана, у нас есть четко определенные цели, и главнокомандующий хочет, чтобы они были достигнуты. Когда эти цели будут достигнуты, окончательное решение о завершении операции будет принимать президент. Именно он определит дату окончания кампании, когда сочтет, что Иран больше не представляет реальной угрозы для Соединенных Штатов Америки.И снова вопрос сводится к тому, как будет выглядеть эта безоговорочная капитуляция. Иран может говорить все что угодно, но его слова окажутся пустыми, когда мы полностью уничтожим его военно-морской флот, как это происходит сейчас, когда мы устраним угрозу его баллистических ракет и когда сможем твердо гарантировать, что он больше не сможет создать ядерную бомбу, угрожающую Соединенным Штатам, нашим союзникам и нашим войскам в регионе. Именно этого, в конечном счете, и стремится добиться президент Трамп в рамках этой операции.
Президент также заявил, что решил начать операцию «Эпическая ярость», потому что считал: Иран может первым нанести удар по Соединенным Штатам и нашим объектам в регионе. Я уже говорила об этом на предыдущем брифинге. Это убеждение президента основывалось на конкретных фактах, которые ему представили его главные переговорщики, добросовестно участвовавшие в переговорах с иранским режимом. Иранский режим лгал, обманывал Соединенные Штаты Америки и явно пытался продолжить свою ядерную программу по созданию бомбы, которая, конечно же, угрожала бы Соединенным Штатам.
Кроме того, их арсенал баллистических ракет быстро и агрессивно наращивался из месяца в месяц, доводя ситуацию до уровня, при котором они фактически создали бы для себя своего рода иммунитет — ситуацию, в которой ни будущий президент, ни президент Трамп уже не смогли бы начать такую операцию.
Поэтому президент, как я уже неоднократно подчеркивала и как он сам говорил, больше не собирался сидеть сложа руки и позволять иранскому режиму угрожать Соединенным Штатам Америки или нападать на них. Президент и его команда добросовестно пытались добиться дипломатического соглашения мирным путем с иранским режимом. Но Иран сам выбрал путь смерти и разрушения.
Иран намеревался напасть на Соединенные Штаты Америки, и президент не собирался сидеть сложа руки и позволять этому случиться. И все присутствующие в этом зале должны быть благодарны ему за то, что он этого не допустил.
