Залогодатель обязан получить согласие залогодержателя перед распоряжением исключительным правом, однако в определенных обстоятельствах существуют важные исключения.
Судебная практика
Недавнее решение Суда по интеллектуальным правам по делу, касающемуся товарного знака Общества 1, проливает свет на вопрос об отчуждении исключительных прав в условиях банкротства. В 2013 году товарный знак был зарегистрирован на имя Общества 1. Однако в 2018 году оно заключило с Обществом 2 договор о залоге, где последнее выступило в роли залогодержателя. В 2023 году, в результате банкротства Общества 1, произошло соглашение с Обществом 3 о купле-продаже спорного товарного знака, который, как полагалось, был свободен от прав третьих лиц.
Общество 3 обратилось в Роспатент с заявкой на регистрацию товарного знака, но получило отказ. Суды двух инстанций поддержали требования Общества 3, признали отказ незаконным и указали на некоторые важные моменты.
Основные выводы судов
- Общество 1 признано банкротом, и Общество 2 не стало залоговым кредитором в этом деле.
- Согласие Общества 2 на отчуждение товарного знака в данном случае не требовалось, а значит, отказ Роспатента оказался необоснованным.
Согласно статье 18.1 Закона о банкротстве, согласие залогодержателя на отчуждение имущества необходимо лишь тогда, когда он является законным кредитором. В случае с Обществом 2 оно не имело такого статуса.
Законодательные нюансы
На основании пункта 2 статьи 1232 Гражданского кодекса, отчуждение исключительного права, подлежащее государственной регистрации, требует оформления этой самой регистрации. Фактически, законы о банкротстве предусматривают особый порядок реализации имущества, включая заложенное, и одним из аспектов является снятие ограничений на распоряжение имуществом должника.
Таким образом, прекращение залога произошло не по воле сторон, а в силу закона, что исключает любые споры о праве. Это прекрасный пример того, как юридические тонкости могут повлиять на судьбу интеллектуальной собственности в условиях финансовых трудностей.
